Феликс Вуль

Неистовый Баркан

Закончилась неделя России в Бремене. Двадцать пять культурно-просветительных, познавательных, гуманитарных мероприятий предусмотрели его организаторы – Сенат, Торговая палата, университет, общество русской культуры. Три дня были отданы театру-студии Бременского университета – «Русской актерской школе».

И здесь самый раз поговорить о Семене Аркадьевиче Баркане, профессоре, заслуженном деятеле искусства России.

…Моя первая статья о режиссере называлась тогда «Уроки Баркана» («АиФ», №47, 00). Если одним словом, это было восхищение – мужеством, даром, беспокойством души вечно бегущего над волнами жизни человека.

Потом я делал материал «Баркану – 86. Кто больше?»

Теперь вот…

Вышли питомцы Баркана, разлетелись. Бременский университет, alma mater, ставший для многих школой видения мира и необъятных просторов русской культуры, вошел в их жизнь навсегда – независимо от выбранной стези, профессии, дела. Случилось такое благодаря Мастеру, встреченному ими в стенах вуза, на репетициях и тусовках.

А у него уже труппа из сорока пяти актеров, из них двалцать – детей и подростков! И программа-то не для клубных или домашних спектаклей, а сразу – по максимуму, без скидок на…

Снова с азов – с артикуляции, аутотренинга, обучения обостренной памяти и вниманию, движениям, но главное – своему пониманию чужмх жизней. И познания таинства сцены, которое, как отпечатки рук, – навсегда.

Вы знаете, где я нашел перед спектаклями профессора Баркана? В терапевтическом  отделении – сердце “стало мешать“, а тут впереди сплошные бенефисы (как же ребята – сами?). Вот и пришлось „укрыться“ в клинике. Через пять дней побежал дальше.

Наверное, когда человеку восемьдесят семь, это неправильно. Но попробуйте убедить в этом Мастера…

- Я, если лишусь своего ритма, обязательно помру. Без репетиций, без движения, без ноши моей жизни быть не может. Скука – это коррозия души, путь в ничто и в никуда. Сознание мое такого не принимает.

Сколько готовит в сезон пьес хороший театр? Одну-две. Три.

В этом году режиссер С.А.Баркан работал над четырьмя: А.П.Чехов – „Дядя Ваня“, Зиновий Сагалов – „Последняя роль Соломона Михоэлса“, Йосеф Бар-Йосеф – „Жених из Иерусалима“, Теннеси Уильямс – „Стеклянный зверинец“. Но и это не все. Отработанная, уже обкатанная в нескольких  составах „Ящерица“ Александра Володина вдруг (конечно, не „вдруг“!) зазвучала на немецком – а в проходах театра негде было стоять.  И это не „вал“, не „работа по охвату пьес и зрителей“, это труд коллектива, одухотворенного и наполненного Мастером.

Держитесь, ребята! Впитывайте в себя этого человека, он – настоящий.